На поводке, или Я – это я!

22 Ноя

%d0%bc%d0%b0%d1%82%d1%8c-%d0%b8-%d0%b4%d0%be%d1%87%d1%8c3

… Прочитала Кира историю про границы личности и задумалась. Почему она всегда чувствовала себя вещью, которой мать распоряжалась по своему усмотрению: когда ей было выгодно, выставляла напоказ – мол, она у меня и это, и то; а потом снова гнала с глаз долой. Прямо как Настеньку в фильме «Морозко»…

Даже сейчас, когда Кира уже давно была взрослой, ощущение, что на ее шее завязан поводок, за который дергают время от времени, не исчезло. Далеко ходить не надо: стоит ей высказать свое мнение о чем-либо, мать ее тут же «дергала»: «Я тебе говорю, как надо, а ты внимай и исполняй; нечего тут свою волю изъявлять!». Так и приучала жить ее умом. А позже сетовала: «И в кого ты у нас такая несамостоятельная?». Ну, как говорится: что породили…

«Не знаю, может быть, у других как-то по-другому?» — думала в такие моменты Кира. – «Родители спокойно объясняют детям, что и как устроено в жизни, потому что ребенок многое не понимает и не знает в силу возраста; а не приказывают или запрещают, как это делала моя мать». Она вздохнула.

Кира вспомнила, как в девятом классе появился практикант – будущий учитель. Такой взрослый по сравнению с девятиклассниками, напыщенный. Черчение преподавал. Слава Богу, недолго.

У Киры с вычерчиванием чертежей вручную (в ее детстве компьютеров еще не было) дело обстояло из рук вон плохо. Как ни старалась, не могла она постичь этого искусства, поэтому получила за свой чертеж даже не «двойку» — «кол»! Рассмотрела она свой «шедевр», в котором не были отмечены красной ручкой неправильные места; ничего не поняла, но исправлять оценку было необходимо.

Попросила чертеж у отличницы, постаралась повторить все, как у той, и сдала на проверку. И снова получила «кол».

Тут Кира не выдержала и подошла к учителю-практиканту:

— Я не понимаю, за что «кол»? Я начертила так же (по крайней мере, ей так казалось), как и отличница!

А он, в своем величии, безапелляционно заявил:

— «Кол» и все!

— За что?! – переспросила Кира: она все равно не видела разницу между ее чертежом и чертежом отличницы – такие же линии, без помарок и грязи, без пометок учителя в неправильно начерченных местах… В чем дело?

Но практикант посмотрел на нее свысока и ухмыльнулся:

— «Кол» и все, — повторил он, довольный собой: мол, мое право – казнить или миловать.

«Талантливый» учитель», — с усмешкой подумала Кира, вспоминая этот эпизод. «Учитель – тот, кто умеет научить других. А чему он меня научил своей оценкой? Да ничему. Потому что не объяснил, в чем моя ошибка, уж не говоря о том, как ее надо исправить».

Но однажды и Кире повезло: в ее жизни появилась Надежда Ивановна. Когда было необходимо, она вставала на ее защиту; когда Кира чего-то не понимала, терпеливо объясняла. Надежда Ивановна учила Киру главному – мыслить самостоятельно.

Когда мать поняла, что перестала быть для Киры непререкаемым авторитетом, даже растерялась: она ждала, что ее приказы вызовут уважение к ней, а тут оказалось — уважение ее дочь испытывает к постороннему человеку. И мать спросила:

— Ты Надежду Ивановну слушаешь больше меня, почему? Я ведь всегда хотела, как лучше!

Кира подумала: «А сама как думаешь?». А вслух ответила:

— Лучше – для кого?

— Для тебя, конечно, что за вопрос? – в ее голосе слышалось возмущение: как – ты не понимаешь, сколько я для тебя сделала?!

— Не для меня. Ты думала – как удобнее тебе.

Это прозвучало, как вызов. Мать не ожидала такого ответа.

— Надежда Ивановна выслушивает меня и объясняет; ты же всегда только приказываешь, не считаясь со мной. Ее я спрашивать не боюсь: она никогда не унижает меня фразой «Что ты (мол, дура), сама не понимаешь?», как это делаешь ты. С ней я становлюсь самостоятельным человеком, во мне просыпается  уважение к себе; а ты «таскаешь» меня «на поводке», несмотря на то, что я уже взрослый человек. С поводка хочется сорваться и бежать, куда глаза глядят или безоглядно пуститься во все тяжкие, чтобы пробовать жизнь самой, а не слушать твои рассказы о ней.

«…Хм, так все-таки какую именно вещь мне это напоминает?» — снова задала Кира себе вопрос.

И тут ее осенило: это похоже на документ! Так, уже теплее. Какой документ-то?

 Окончание вы можете прочитать в моей книге «Ценность – ты сам», опубликованной на LitRes.

Автор — Валентина Риторова, психотерапевт

© 2016. Риторова В. Все права защищены

TEXT.RU - 100.00%

Добавить комментарий